Счастлив шах, что добротою край свой одарил И от хижин смерть и голод лютый удалил. Люди новые рождались. Множился народ. Скажешь: не было расхода, был один доход. Умножалось населенье. Радостно, когда Строятся дома; обильны, людны города. Дом за домом в эту пору всюду возникал, Кровлею к соседней кровле плотно примыкал. Если б в Исфахан из Рея двинулся слепец, Сам по кровлям он пришел бы к целям наконец. Если это непонятно будет в наши дни, Ты, читатель, летописца — не меня — вини. Народился люд, явилось много новых ртов, Пропитанья было больше все ж, чем едоков. На горах, в долинах люди обрели покой, Радость и веселье снова потекли рекой. На пирах, фарсанга на два выстроившись в ряд, Пели чанги и рубабы и звучал барбат. Что ни день — то, будто праздник, улица шумна. Возле каждого арыка был бассейн вина. Каждый пил и веселился, брань и меч забыл, И, кольчугу сняв, одежды шелковые шил. Ратный шум, бряцанье брани невзлюбили все, О мечах, пращах и стрелах позабыли все. Всякий, у кого достаток самый малый был, Радовался, услаждался и в веселье жил. Ну, а самым бедным деньги шах давать велел На потехи. Всех он видеть в радости хотел. Каждого сумел приставить к делу он в стране. Чтобы жизнь была народу радостна вдвойне, На две части приказал он будний день разбить, Чтоб сперва трудиться, после — пировать и пить.